«Два солнца» Алексея Полковника

«Два солнца» Алексея Полковника.
Интервью с Андреем Васильевым, по прозвищу «Худой» (на фото в центре).

В апреле легендарному нижегородскому рок-исполнителю Алексею «Полковнику» Хрынову исполнилось бы 44 года. Однако не исполнилось, мы уже семь месяцев без него живем. Мир без Полковника, конечно, уже не тот, и даже кризис мировой разразился. Однако он и с того света с помощью своих песен умудряется латать наши душевные раны, поддерживать в минуту тоски припевной прибауткой, его меткие слова вспоминаются по самым разным поводам. Но и те, кто знал и любил его, стараются по мере своих сил отдавать ему долг памяти. Так на берегах Невы завершается работа над посмертным (пятым) альбомом Алексея. Я поговорил с музыкальным продюсером этого последнего альбома — «Два солнца» — Андреем Васильевым, по прозвищу «Худой», который дружил с Полковником с золотой поры русского рок-н-ролла.

Не караоке, а рокерский грув
— Как случилось, что именно ты взялся продюсировать новый альбом Алексея? От кого исходила инициатива?

— Лёша попросил Сергея Чижа сделать что-то типа того, что они записали с Павлом Михайленко (имеется в виду альбом «Чиж и Паша». — Здесь и далее прим. автора). Это была осень 2006 года. Но Серёга был тогда сильно загружен, и я был следующим, к кому Леха обратился. Как раз в это время я всем «грузил мозги» про метод сэмплирования и возможность записи песен в домашних условиях. И видимо, настало время отвечать за базар (смеется). Той же осенью Лёха прислал мне девять своих песен, сыгранных под акустическую гитару. И после Нового года я начал работу.

— Так ты все инструменты писал у себя дома?

— Дома я делал черновики, а на питерской студии «Анастасия» всё доводил до ума. Я и сам на альбоме играл, и друзей привлекал. Вадим Курылёв из «Разных людей» — на басу, Чиж — на акустической гитаре и пианино. Серёга Васильев, мой названный брат, и на гитаре мастерски сыграл, и записанный материал вместе со мной микшировал.

— Какие вещи Полковника сразу вызвали особое отношение? И были ли песни, от записи которых ты Лешу отговаривал?

— Меня вообще отговаривали этим заниматься (смеется). Дочке всего полгода, а я по ночам, надев наушники, в компьютере ковыряюсь. Песни же Лехины мне нравится все, я за три года прожил каждую по много раз.

— Кто отговаривал? Жена? Друзья?

— Отговаривали люди, которые в трёх аккордах Лехи слышали только шансон. Но не засылать же их всех в Шао-Линь на битьё палками за привязанность к форме! Ты знаешь, как это интересно — три аккорда превращать не в лубочное караоке, а в реальный рокерский грув. Неординарный подход!

— Что касается трех аккордов… Полковник всегда был славен не столько музыкой, сколько сочетанием своей убедительной харизмы и юморных текстов, разве нет? Помнится, когда Чиграков продюсировал его первые альбомы, он подходил к песням очень деликатно, и в основном аранжировки были акустические. Главное — не навредить!

— Что до Чижа, то он настолько музыкален, что продюсируя альбомы Полковника, сумел и в его трёх аккордах найти изумительные мелизмы. Но если честно — рок-акустикой в последнее время меня все утомили. Во всём виноват Эрик Клэптон (знаменитый британский рок-музыкант) — он первым группу на стулья усадил. Полностью с тобой согласен про сочетание харизмы и слов. В текстах Леха был абсолютно самодостаточен. На альбоме голос намеренно приближен к слушателю, в текстах есть, о чём задуматься. От большинства песен, правда, не сильно обхохочешься, — они скорее горьки и печальны.

Ты на выборы ходил,
отголосовал всю руку.
Оказалось как всегда —
выбрал редкостную суку.
Это часто тут и там —
наверху свиное рыло.
Хошь порвись напополам,
будет то же, что и было.
Ну, а про то, что ты — дебил,
напомнят пару раз с экрана.
Ой, тяжело у нас порою без нагана…

«Отвечаю за каждую ноту»
— Расскажи, как Полковник записывал голос? Это был долгий процесс?

— Голос писали в студии «Анастасия». Леха и его скрипач Максим Поведский поначалу скромных пареньков из себя строили. А встали к микрофону и с первого дубля все записали. Кстати, один голосовой трек Лёха записал в Нижнем. На своем радио. Загнал минусовку в мобильник и под нее спел. А потом по почте мне этот трек прислал. Такова русская смекалка!

— Если ты на себя три года назад взял такое большое дело, как запись альбома друга, значит, у тебя были, по крайней мере, две вещи: время и деньги. Так?

— У меня есть старый друг Вазген Овсепян, который сказал: «Андрюша, деньги есть, но только на благое дело». Олег Грабко, питерский издатель предыдущих альбомов Полковника, тоже вложился. С миру по нитке. И время, видимо, нашлось.

— Как-то я забежал к Полковнику, это был конец 2007-го, и он мне по дружбе поставил три трека из вашего готовящегося альбома, причем, скорее всего, в неокончательной редакции. Я видел, что он был абсолютно доволен тем, как все получилось. А вопрос такой: просил ли он тебя что-то переделать или все принимал без каких-либо поправок?

— Я клещами выпытывал из Лёхи мнение о треках, но он говорил, что ему всё-всё нравится. Однако далеко не все устраивало меня самого. И прошлой весной я забрал все треки из студии домой и все переделал заново. Может, я безнадёжный романтик, но теперь за каждую ноту в треках отвечаю.

— Пожалуй, Полковнику не совсем нравилось только одно — как Чиж спел свою партию в песне «Два солнца», он мне признался. Они ведь там поют дуэтом…

— Да, ре-мажор тяжеловат для тесситуры Серёги, это не его тональность. Он там полуречетативом напевает, но я все как было, так и оставил. Серега еще и все бэки на альбоме прописал.

Каждой маме по сыну,
и каждому сыну по маме,
Мы пытаемся сделать,
и сил нам на это не жаль.
Только это не все,
мы еще попоем в Амстердаме,
Погуляем, попьем
и нагадим на белый рояль.
Наша встреча с тобою,
наверно, большая удача,
Ежели ты где-то бродишь,
то значит и я не один.
У двоих, согласись,
вдвое проще решится задача
Не загнуться в пыли
среди старых седых буратин.
Ведь мы с тобой два солнца…

«До Шевчука сейчас не добраться»
— Ты Полковника знаешь с давних пор. Почему, по-твоему, он не стал звездой уровня Чижа и Шевчука?

— Мне трудно рассуждать про уровень выше перечисленных тобой рок-героев, я с обоими долго играл, и мое мнение, боюсь, будет субъективным. Я не выпендриваюсь и не кокетничаю, но для меня есть только два ориентира — Чернецкий («Разные люди») и Лёха Полковник. Извини за пафос, в этом мире можно сколь угодно высоко забраться, но только сохранил ли ты при этом в себе человека? Это вопрос… Я уверен, что Полковник заслужил гораздо большую аудиторию. И поэтому надо издать его в Москве, а не в Питере. И пиарить его там.

— Не кажется ли тебе, что Полковник, возможно, при жизни нуждался в большей помощи его знаменитых друзей? И не столько в материальной. Когда Чиж записывал свой первый питерский альбом, ему подпевали Гребенщиков и Шевчук. Это была помощь предыдущего рок-поколения. Мог ли ты Юрия Юлиановича к записи альбома подключить?

— До Шевчука сейчас не добраться, он в своём селе очередной альбом готовит. Но если ничего не будет получаться с изданием этого альбома, обязательно обращусь к нему.

Все случалось тыщи раз,
и, конечно, будет снова,
В книге мудрых о тебе
не написано ни слова,
Зато ежели когда
выйдет книга идиотов,
На обложке без труда
ты узнаешь свое фото.
Ну, где ж смирение твое,
рука сама ползет к карману.
Ой тяжело у нас порою без нагана…

— По моим наблюдениям, в России любят не живых, а именно мертвых поэтов. Стоит поэту умереть — сразу тебе и диски, и вечера памяти…

— Как участник многих концертов памяти, замечаю, что часто интерес к личности после смерти заметно превышает заслуги покойного. Это, возможно, люди отрабатывают комплексы собственной значимости. У меня подобное вызывает вялую брезгливость. Однако когда позвонил Серёга Чиграков с трагическим известием, у меня закончились все эмоции, кроме шока и горечи потери. И уж тем более я в ту минуту не ощущал себя наследником его последнего творчества. Кстати, поскольку не считаю свою работу сделанной очень хорошо, я пока намеренно отбрыкиваюсь от всех предложений о выпуске «Двух солнц». Хотя мне осталось свести в альбоме всего одну песню…

Cправка. Андрей Васильев — известный гитарист из Санкт-Петербурга, с 1986 по 1998 гг. входил в состав «ДДТ». В течение последних восьми лет — бессменный участник «Разных людей». Принимал участие в группах «Фрагмент», «Айболит-66», «Кузьма и виртуозы», «Шива», «Дубы-Колдуны», «Полковник и однополчане».
В 1996 году Васильев записывал гитарные партии на альбоме Алексея Полковника «Первый призыв», а спустя 10 лет аккомпанировал нижегородскому исполнителю на памятном концерте, посвященному 25-летию ленинградского рок-клуба.
Сейчас живет в Израиле.

Вадим Демидов. Новая газета в Нижнем, 2009 г.